Апанасенок Александр Вячеславович, доктор исторических наук, профессор, ведущий научный сотрудник
Нахимовский проспект, д. 51/21, г. Москва 117418
Alexander V. Apanasenok, Doctor of Sciences (Historical), Professor, Leading Researcher
51/52 Nakhimovsky Ave., Moscow 117418
Актуальность работы связана с эвристической значимостью уяснения места религиозных ценностей в жизни советского социума, а также необходимостью историографического осмысления процесса ретрансляции конфессиональных традиций в Советском Союзе.
Цель. Критический анализ сведений об уровне религиозности советской молодежи, публиковавшиеся отечественными авторами в 1920–1970-е годы.
Задачи: изучить статистические данные отечественных обществоведов относительно религиозности советской молодежи в 1920–1970-е годы; рассмотреть факторы, влиявшие на такого рода статистику; оценить соответствие последней реальной картине отношения младших поколений советских граждан к конфессиональным ценностям.
Методы. В ходе подготовки статьи автор опирался на традиционную методологию историко-социологического исследования: историко-статистический, сравнительно-исторический методы, а также метод исторической индукции.
Результаты. В работе рассмотрена динамика изменения данных о религиозности молодых граждан СССР, получаемых советскими обществоведами в ходе опросов 1920–1970-х годов, рассмотрены причины резкого падения декларируемого уровня религиозности школьников и студентов с 1930-х годов, сопоставлены опубликованные и неопубликованные сведения об отношении представителей этих социальных категорий к конфессиональной культуре.
Выводы. В статье показано, что уровень религиозности молодежи, демонстрируемый советским обществоведением, в течение пяти десятилетий уменьшился на порядок. Сделан вывод, что данные по соответствующей проблематике публиковались избирательно, отражая лишь приемлемые с идеологической точки зрения результаты опросов. Получать такие результаты обществоведам обычно помогали и сами опрашиваемые, стремившиеся оставаться в глазах наблюдающих инстанций «сознательными» гражданами. При этом за внешне демонстрируемым молодыми людьми скепсисом в отношении религии часто скрывались сомнения в атеистической картине мира либо интерес к конфессиональным традициям как одной из основ культуры.
The relevance of the work is related to the heuristic significance of clarifying the religious values place in the life of Soviet society, as well as the need for a historiographical understanding of the process of relaying confessional traditions in the Soviet Union.
The purpose of the research: a critical analysis of information on religiosity level of Soviet youth, published by Russian authors in the 1920–1970s.
Objectives: to study the statistical data of domestic social scientists regarding the religiosity of Soviet youth in the 1920–1970s; to consider the factors that influenced such statistics; to assess the correspondence of the published statistics to the real picture of the younger generations of Soviet citizens attitude to confessional values.
Methods. During the preparation of the paper the author relied on the traditional methodology of historical and sociological research: historical-statistical, comparative-historical methods, as well as the method of historical induction.
Results. The paper examines the dynamics of changes in data on the religiosity of young USSR citizens obtained by Soviet social scientists during surveys of the 1920–1970s, examines the causes of a sharp drop in the declared level of religiosity of schoolchildren and students since the 1930s, compares published and unpublished information about the attitude of representatives of these social categories to confessional culture.
Conclusions. The research shows that the level of youth religiosity demonstrated by Soviet social studies has decreased tenfold over the past five decades. It is concluded that the data on the relevant issues were published by voters, reflecting only the results of the polls acceptable from an ideological point of view. To obtain such results, social scientists were usually helped by the interviewees themselves, who sought to remain "conscious" citizens in the eyes of the observing authorities. At the same time, the outwardly demonstrated skepticism of religion by young people often hid doubts about the atheistic picture of the world or interest in confessional traditions as one of the foundations of culture.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.