Ван Хуни, аспирант
Университетская наб., д. 7–9, г. Санкт-Петербург 199034
Wang Hongyi, Postgraduate Student
St. Petersburg
Актуальность. В конце XIX – начале XX века в условиях роста общественного недовольства и политической мобилизации российские власти стремились усилить контроль над публичным пространством. Особое значение приобрели уголовные дела об оскорблении царской фамилии, которые стали инструментом правового и идеологического воздействия. Однако репрезентация образа императора Александра III в этих делах до сих пор не получила комплексного научного анализа.Целью исследования является выявление механизмов формирования и юридической защиты сакрализованного образа императора Александра III в правоприменительной практике Российской империи.Задачи: определить особенности применения статьи 1035 Устава уголовного судопроизводства в делах об оскорблении царской фамилии; проанализировать, как через уголовное преследование конструировался идеологически приемлемый образ монарха.Методология. В исследовании применены историко-правовой анализ, контент-анализ архивных документов, тематическая интерпретация конкретных уголовных дел из фонда № 124 Государственного архива Российской Федерации.Результаты. Установлено, что статья 1035 Устава уголовного судопроизводства служила гибким инструментом не только для расследования преступлений, но и для превентивного контроля и политической нейтрализации. Раскрыты случаи, когда слухи, агитация, действия против символов монархии трактовались как угроза государственному строю и рассматривались в судебном порядке.Вывод. Правоприменение по делам об оскорблении Александра III отражает трансформацию уголовного права в механизм идеологического контроля. Сакрализация личности императора обеспечивалась не только официальной пропагандой, но и судебной практикой, что указывает на высокую политическую чувствительность к символическим формам нелояльности в позднеимперский период.
Relevance. In the late 19th and early 20th centuries, amidst growing public unrest and political mobilization, the Russian imperial authorities sought to strengthen control over the public sphere. Criminal cases concerning offenses against the imperial family became a key legal and ideological instrument. However, the specific representation of Emperor Alexander III in such cases has not been the subject of comprehensive academic analysis.Purpose. This study aims to identify the mechanisms through which a sacralized image of Emperor Alexander III was constructed and protected via legal practices in the Russian Empire.Objectives: to define the specific application of Article 1035 of the Criminal Procedure Charter in cases involving offenses against the imperial family; to analyze how legal prosecution contributed to constructing an ideologically appropriate image of the monarch.Methodology. The study employs historical-legal analysis, content analysis of archival documents, and thematic interpretation of selected criminal cases from Fund No. 124 of the State Archive of the Russian Federation.Results. The research reveals that Article 1035 of the Criminal Procedure Charter served not only for criminal investigation but also as a flexible instrument of preventive control and political neutralization. It demonstrates how rumors, agitation, and actions targeting imperial symbols were legally interpreted as threats to the state and prosecuted accordingly.Conclusion. The enforcement of laws concerning insults to Alexander III illustrates the transformation of criminal law into a tool of ideological control. The sacralization of the emperor’s image was upheld not only through official propaganda but also through judicial practices, reflecting the heightened political sensitivity to symbolic forms of dissent in late imperial Russia.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.