Актуальность исследования обусловлена возрастанием роли экстраординарного правового регулирования в условиях современных кризисов и чрезвычайных ситуаций. Осмысление процесса становления соответствующей теории в российской юридической науке 1990-2000-х годов позволяет выявить закономерности развития научных представлений о природе и механизме действия экстраординарных правовых режимов. Сохраняющаяся фрагментарность научных подходов предопределяет необходимость дальнейшей разработки целостной межотраслевой теории экстраординарного правового регулирования.

Цель заключается в выявлении особенностей формирования теории экстраординарного правового регулирования в российской юридической науке 1990-2000-х годов, а также в определении ее основных теоретико-методологических достижений и проблем.

Задачи: выявить основные подходы к пониманию экстраординарного правового регулирования; охарактеризовать доктринальные подходы к легитимации экстраординарных полномочий государственной власти; установить значение научных разработок 1990–2000-х годов для становления современной теории экстраординарного правового регулирования.

Методология. Методологическую основу исследования составили общенаучные и специально-юридические методы познания, включая диалектический, историко-правовой, формально-юридический, системный и сравнительно-правовой методы.

Результаты. Установлено, что в 1990-2000-е годы в отечественной юридической науке был сформирован значительный теоретический массив, посвященный отдельным аспектам экстраординарного правового регулирования. Обосновано, что важнейшим достижением рассматриваемого периода стало утверждение идеи о правовой допустимости экстраординарных мер лишь при условии их нормативной закрепленности, временного характера, конституционной обусловленности и обеспеченности механизмами контроля.

Вывод. В 1990-2000-е годы были заложены концептуальные основы современной теории экстраординарного правового регулирования, однако ее формирование не было завершено. Отсутствие единого понятийно-категориального аппарата, общепризнанных методологических оснований и целостной теоретической конструкции свидетельствует о том, что теория экстраординарного правового регулирования находится в стадии становления.

Актуальность настоящего исследования обусловлена тем, что органы местного самоуправления наделены правом на осуществление мероприятий в сфере профилактики правонарушений при отсутствии законодательного определения понятия «сферы», значимого для полноценной реализации права. Многочисленные споры взаимодействующих органов публичной власти, в отдельных случаях разрешаемые судом, указывают на наличие практической потребности в этом.

Цель заключается в формировании целостного научно обоснованного и практико-ориентированного представления о компетенции органов местного самоуправления при реализации мероприятий, направленных на профилактику правонарушений.

Задачи: определить содержание исследуемого понятия, опираясь на положения действующего законодательства; выявить причины разнонаправленного толкования органами публичной власти содержания права органов местного самоуправления в сфере профилактики правонарушений; обозначить внутреннюю неоднородность, комплексность содержания указанного права, продуцирующую сложности в его реализации.

Методология. Статья подготовлена с применением методов сравнительно-правового и системного анализа, которые позволяют определить легальное содержание понятий, значимых для реализации исследуемых законоположений. Приоритет данных методов обусловлен их потенциалом по выявлению содержания полисемичных понятий, принимаемого большинством взаимодействующих субъектов реализации права, относящихся к разным уровням публичной власти.

Результами настоящего исследования выступают имеющие ярко выраженную практическую направленность законодательно обоснованные предложения о разрешении имеющихся противоречий в толковании содержания рассматриваемого права. Проанализированы ситуации подмены сущности данного права обязанностью в разъяснениях органов прокуратуры и решениях судов, исходя из целеполагания.

Выводы. Предложены обоснованные варианты устранения одностороннего подхода, касающегося телеологического толкования анализируемого права различными органами публичной власти. Разграничивается цель отдельного субъекта реализации права и цель, закладываемая законодателем. Субъектно-центристский подход позволил продемонстрировать имеющиеся проблемы с позиции конкретного муниципального служащего, организующего взаимодействие органов местного самоуправления с заинтересованными органами государственной власти федерального и регионального уровней.

Актуальность. В последние годы появились новые договорные правоотношения со сложной правовой природой. При возникновении такого рода соглашений на международном уровне актуализируется вопрос их толкования и квалификации ‒ от определения применимого к ним права до верного применения и интерпретации коллизионных норм. В российской правоприменительной практике возникло значительное количество спорных и неоднозначных вопросов, требующих осмысления и корректировки действующих норм права и дополнений актов толкования Верховного Суда Российской Федерации.

Цель состоит в конкретизации научных позиций по вопросу квалификации и толкования трансграничных договорных обязательств в правоприменительной практике Российской Федерации.

Задачи: раскрыть последовательность правовой квалификации внешнеэкономических договорных обязательств, в том числе в части применения коллизионных норм; выявить и разъяснить характер возникающих при осуществлении этого процесса неоднозначных вопросов и проблем; на основе проведенного анализа аргументировать необходимость изменения отечественных норм права.

Методология. В исследовании использованы формально-юридический, сравнительно-правовой, историко-правовой методы и метод юридического толкования.

Результаты. Обоснована необходимость внесения дополнений в пункт 2 статьи 1187 и пункт 2 статьи 1211 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также конкретизации положений Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 9 июля 2019 года № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации».

Вывод. Процесс толкования и квалификации трансграничных договорных отношений, в случае отсутствия в его содержании ссылки на применимое право, включает в себя несколько последовательных логических этапов, как то: 1) предварительная квалификация; 2) первичная квалификация и 3) вторичная квалификация или разрешение спорного правоотношения по существу.

Актуальность. Понятие семейных ценностей занимает центральное место в социально-правовом дискурсе, однако их юридическая природа и механизмы правовой защиты остаются теоретически неразработанными. Отсутствие консенсуса в определении семейных ценностей и их места в структуре правоотношений затрудняет создание эффективных правовых инструментов для их охраны. В условиях актуализации государственной политики по сохранению традиционных ценностей разработка четкой правовой концепции семейных ценностей как объекта правоотношений приобретает особую научную и практическую значимость.

Целью исследования является теоретико-правовой анализ семейных ценностей как особого объекта семейных правоотношений.

Задачи: философско-аксиологическое обоснование двойственной (объективной и субъективной) природы ценностей; анализ подходов к пониманию правоотношения и его объекта в теории права и семейно-правовой доктрине; определение специфики семейных ценностей как нематериальных благ; классификация и оценка моделей правоотношений применительно к защите ценностей; формулирование выводов о механизмах интеграции семейных ценностей в позитивное право.

Методология. При написании работы применялись общенаучные методы (системный анализ, обобщение, логические методы дедукции, анализа и синтеза) и частно-научные методы юридического исследования (формально-юридический, сравнительно-исторический).

Результаты. Установлено, что семейные ценности, включая семью, материнство, детство, заботу о детях, родителях и других родственниках, являются фундаментальными нематериальными благами. Они не выступают прямым объектом классических регулятивных правоотношений, а интегрируются в правовую сферу в качестве: 1) основания возникновения правоотношения; 2) объекта охраняемого законом интереса; 3) объекта охранительных правоотношений; 4) системообразующего принципа. Модель правоотношений с ценностным содержанием строится по схеме относительные правоотношения с абсолютной защитой.

Вывод. Семейные ценности служат основой, целью и системообразующим принципом правового регулирования, но не самостоятельным объектом регулятивных связей. Эффективная правовая охрана обеспечивается через защиту конкретных субъективных прав, содержанием которых эти ценности наполнены.

Актуальность. Отношения по ведению переговоров с целью заключения трудового договора являются предметом трудо-правового регулирования, частью отношений по трудоустройству у конкретного работодателя. Трудовой кодекс Российской Федерации не определяет состав этих отношений, не содержит главы или статьи по этому поводу.

Цель исследования состоит в выработке предложений по совершенствованию правового регулирования преддоговорных отношений между лицом, ищущим работу, и работодателем.

Задачи: исследование отношений, возникающих перед заключением трудового договора; выявление необходимости их правового регулирования; анализ возможных вариантов преодоления имеющегося пробела в трудовом праве; формулирование авторских предложений по устранению дефектов трудового законодательства в исследуемой области.

Методология. В исследовании использованы всеобщие, общенаучные, специальные и адаптированные методы научно-юридического познания. Диалектический метод позволил раскрыть развитие и взаимосвязь исследуемых вопросов, логический обеспечил применение анализа, синтеза и других общенаучных приёмов. Системный метод способствовал выявлению структуры переговоров о заключении трудового договора, формально-юридический – сущности правовых понятий.

Результаты. Установлена необходимость правового регулирования отношений по ведению переговоров о заключении трудового договора. Определено, что правила ведения переговоров должны быть определены Трудовым кодексом Российской Федерации, что вытекает из статей 1, 6, 16. Предложены варианты такого регулирования.

Выводы. Предложения, содержащиеся в работе, сформулированные в результате проведенного исследования, позволят устранить существующий пробел в правовом регулировании отношений, отнесенных к предмету трудового права, но не получивших должной регламентации, установить порядок в отношениях, предшествующих заключению трудового договора, обеспечить реализацию прав и законных интересов лиц, участвующих в переговорах о заключении трудового договора.

Актуальность. Атихрез является одной из старейших категорий гражданского права. Одновременно его можно рассматривать весьма современной конструкцией, если иметь в виду обновленное гражданское законодательство целого ряда зарубежных стран. С учетом незавершенности работ по созданию отечественной доктрины вещного права анализ потенциальных возможностей применения антихреза в России представляется весьма актуальным.

Целью настоящего исследования является формирование целостного представления о модели антихреза как разновидности вещного права и оценка перспектив его использования в российском гражданском законодательстве.

Задачи: осветить процессы зарождения (генезиса) и последующего развития антихреза; определить его правовую природу; установить закономерности его развития в странах Южной Америки; выявить социальные возможности использования данного вещного права на примере гражданского законодательства Каталонии; сформулировать качественные характеристики и определить социальное значение введения антихреза в гражданского законодательство.

Методология. Статья выполнена на основе комплекса общенаучных (логический, системный) и частнонаучных (формально-юридический, сравнительно-правовой) подходов для анализа гражданскоправовых явлений. Использован метод толкования правовых норм и историко-правовой.

Результаты. Экономико-правовое значение антихреза заключается в получении кредитором правомочий владения и пользования недвижимым имуществом должника, при этом извлекая доходы, направленные на получение долга по основному обязательству. В современных условиях антихрез выступает гибким инструментом, с помощью которого кредитор обеспечивает свой интерес посредством эффективного управления. Закономерностью можно рассматривать формирование анитихреза в качестве самостоятельного вещного права.

Вывод. Сформулированные результаты исследования могут быть использованы законодателем для дальнейшего совершенствования системы ограниченных вещных прав в соответствии с реалиями современной социально-экономической жизни.

Актуальность. Анализ доктринальных точек зрения на правовую природу искусственного интеллекта и выбор оптимального алгоритма ответственности за вред, причиненный искусственным интеллектом как в договорных, так и вовнедоговорных отношениях, обусловлен объективной потребностью в разработке механизма правового регулирования общественных отношений по использованию искусственного интеллекта.

Целью исследования является научный анализ имеющихся в доктрине подходов к определению правовой природы искусственного интеллекта, обоснование подхода к пониманию искусственного интеллекта как объекта гражданского права, а также определение механизма компенсации причиненного вреда в результате деятельности любого технического устройства, функционирующего на основе искусственного интеллекта.

Задачи: изучить имеющиеся в науке взгляды на ответственность за вред, причиненный в результате использования различных систем искусственного интеллекта; выявить пробелы законодательного регулирования, а также теоретические проблемы гражданского права, появившиеся в связи с использованием искусственного интеллекта в экономической деятельности.

Методология. Достижение необходимого результата обеспечивается путем применения комплекса методов: общенаучных (таких как анализ, синтез, индукция и дедукция) и частнонаучных, среди которых ключевое место занимают системный анализ, формально-юридический (догматический) метод.

Результаты. Проанализировав точки зрения на понятие и признаки источника повышенной опасности, авторы присоединились к мнению тех исследователей, которые предлагали рассматривать в качестве источника повышенной опасности вредоносную деятельность, а не вещь, которая эксплуатируется причинителем вреда. При таком подходе деятельность любого технического устройства, функционирующего на основе искусственного интеллекта, отвечает всем признакам указанной вредоносной деятельности. Она связана с высокой вероятностью причинения вреда потерпевшему и сложна в управлении ввиду неподконтрольности компьютерной техники человеку, особенно с применением искусственного интеллекта.

Вывод. В случае причинения вреда потерпевшему в результате применения искусственного интеллекта должна следовать ответственность пользователя искусственного интеллекта за причиненный вред по модели ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности, даже при отсутствии вины.

Актуальность. В современных условиях развития семейного права особую значимость приобретает исследование правовых категорий отцовства, материнства и родительства. Трансформация семейных отношений, появление новых форм семейного устройства и развитие биомедицинских технологий требуют теоретического переосмысления базовых понятий семейного права. Существующие правовые нормы не всегда успевают адаптироваться к новым реалиям, связанным с применением вспомогательных репродуктивных технологий и с различными моделями родительских правоотношений. Особую актуальность приобретает вопрос разграничения понятий отцовства, материнства и родительства в контексте защиты прав и интересов всех участников семейных отношений.

Целью исследования выступает разграничение понятий отцовства, материнства и родительства как самостоятельных семейно-правовых категорий, определение их специфики и особенностей правового регулирования в контексте родительского правоотношения.

Задачи: выявление сущностных характеристик понятий отцовства и материнства как правовых категорий; определение особенностей правового института родительства; исследование специфики правоотношений при отсутствии кровного родства между ребенком и родителями; разработка критериев разграничения анализируемых правовых категорий.

Методология. Статья выполнена на основе методов анализа, описания, дедукции, обобщения, а также формально-юридического.

Результаты. Доказана необходимость четкого разграничения понятий отцовства, материнства и родительства в семейном праве. Предложены критерии, что позволит совершенствовать правовое регулирование семейных отношений и защиту прав участников родительского правоотношения. Результаты исследования могут быть использованы при совершенствовании семейного законодательства и в правоприменительной практике.

Вывод. В ходе исследования установлено, что отцовство и материнство базируются на кровном родстве, тогда как родительство представляет собой самостоятельный правовой институт, не всегда связанный с биологическим родством. Выявлено, что родительство может существовать при отсутствии кровной связи между ребенком и родителями, что имеет особое правовое значение в семейных отношениях. Определены правовые последствия различных форм родительства, включая случаи суррогатного материнства и усыновления.

Актуальность. Эфемерность театрального спектакля традиционно рассматривается как препятствие для признания режиссерской постановки объектом авторско-правовой охраны. В отличие от произведений, закрепленных на материальном носителе, спектакль существует в живом исполнении, изменяется от показа к показу и зависит от актерских, пространственных, временных и зрительских факторов. В связи с этим требуется уточнение критерия объективной формы применительно к сценическому произведению.

Цель ‒ обосновать подход, при котором объективная форма спектакля определяется не через обязательную материальную фиксацию, а через возможность выявления устойчивой, узнаваемой и доказуемой системы режиссерских решений.

Задачи: раскрыть основные проявления эфемерности спектакля и их значение для авторско-правовой квалификации; показать эволюцию критерия объективной формы от материальной фиксации к идентифицируемости произведения; систематизировать модели объективирования сценического произведения и определить их применимость к режиссерской постановке.

Методология. В исследовании применялись общенаучные и специальные юридические методы: анализ, синтез, индукция, дедукция, формально-юридический, сравнительно-правовой и историко-правовой.

Результаты. Установлено, что изменчивость живого исполнения не свидетельствует об отсутствии объективной формы спектакля. Такая форма может выражаться в устойчивой постановочной структуре, включающей композицию сценического действия, мизансцены, темпоритм, световые, звуковые, пластические и пространственные решения, а также порядок их взаимодействия во времени и в пространстве. Выделены две модели объективирования сценического произведения: фиксационная и функциональная. Показано, что режиссерский сценарий и видеозапись обладают доказательственным значением, но не должны рассматриваться как обязательные условия охраноспособности постановки.

Выводы. Функциональная модель позволяет учитывать живую природу театра и одновременно сохранять юридическую определенность. Авторско-правовая охрана должна распространяться не на идею, стиль, метод или отдельное исполнение, а на конкретную, внешне выраженную, узнаваемую и доказуемую систему сценических решений, позволяющую отличить постановку от иных сценических воплощений.

Актуальность. В условиях специальной военной операции криминальный феномен «чёрных вдов» переродился в высокодоходный преступный бизнес, построенный на гибели военнослужащих. В основе схемы, как показывают данные уголовных дел и материалов прессы, лежит фиктивный брак мошенниц с бойцом СВО для похищения выплат, которые государство направляет ему или его семье. То, как именно трансформировалась преступная стратегия «чёрных вдов», получив новую форму и беспрецедентный размах, до сих пор не становилось предметом научной дискуссии. Отсутствие доктринального осмысления этой преступной модели оставляет правоприменителя без методического инструментария, пригодного для своевременного выявления и предупреждения таких посягательств.

Цель ‒ дополнение теории криминологии новым знанием о мошенничестве, построенном на фиктивных браках с участниками СВО, и разработка оригинальной классификации потерпевших от него.

Задачи: раскрыть механизм корыстных действий, совершаемых «подставными жёнами» против военнослужащих; выделить и охарактеризовать категории жертв, раскрыв факторы их виктимизации.

Методология. Исследование проведено с использованием формально-логического метода, контент-анализа (СМИ, Telegram-каналы, оперативные сводки), а также метода типологизации.

Результаты. Впервые научно верифицирована новая разновидность преступного обогащения, основанная на браке-имитации с участником СВО. Она характеризуется серийностью эпизодов, высокими количественными показателями (сотни потерпевших, многомиллионный ущерб), широкой географией, организованностью (многосубъектный состав) и коррупционной составляющей. Предложена оригинальная классификация жертв, включающая пять категорий, для каждой из которых описан собственный механизм виктимизации.

Выводы. Масштаб этого криминального промысла, его устойчивость и способность к самовоспроизводству позволяют рассматривать его как самостоятельный сегмент корыстной преступности, ориентированной на присвоение выплат военнослужащим. Помимо прямого ущерба, особая опасность видится в том, что эта преступная схема постепенно нормализуется: публичная демонстрация её как «бизнесплана» свидетельствует об утрате социумом ее восприятия как девиации и приобретении черт социальной нормы.

Актуальность. Использование современных информационных технологий направлено на обеспечение качества и эффективности осуществления правосудия. Одной из проблем судебного разбирательства является надлежащее уведомление и обеспечение своевременной явки участников процесса. В этих целях предложено использовать информационные технологии, обеспечивающие своевременное получение информации о времени явки в суд. Переход на уведомления при помощи информационных технологий затруднен в связи с отсутствием интернета на отдельных территориях, невладением отдельными гражданами техническими средствами. Возникает необходимость урегулирования порядка вызова лиц в судебное заседание при помощи информационных технологий.

Целью исследования является определение оснований и порядка вызова в суд при помощи информационных технологий участников процесса; установление обстоятельств, исключающих возможность использования технических средств для вызова в суд отдельной категории лиц.

Задачи: установить основания и порядок принятия решения о вызове лица в суд с использованием информационных технологий; определить круг лиц, которых нельзя вызвать в суд с помощью технических средств.

Методология исследования представлена диалектическим методом, формально-логическим методом, методом правового прогнозирования, методами анализа и синтеза.

Результаты. Порядок вызова лиц на судебное разбирательство по уголовным делам имеет непосредственное и прямое отношение к реализации назначения уголовного судопроизводства в Российской Федерации. Обеспечение и исполнение должного порядка вызова в суд в случае неявки обязанных лиц влечет разного рода последствия, которые отражаются как на самих не явившихся лицах (применение привода, наложение штрафа), так и на результате судебного разбирательства в целом. Определены проблемы правового регулирования института извещения участников о явке в судебное заседание по рассмотрению уголовного дела и предложены пути их разрешения.

Выводы. Лицам, обязанным быть в судебном разбирательстве по уголовным делам, должны быть разъяснены их права и обязанности следователями, дознавателями, судом, которые должны принять меры по реализации указанного права.

Актуальность. Законодательный запрет на пропаганду и публичную демонстрацию символики и атрибутики, подпадающей под правовой запрет, является важным инструментом в обеспечении национальной безопасности государства. Вместе с тем правоприменительная практика вызывает дискуссии о соразмерности ограничений конституционных прав и свобод.

Цель: проанализировать правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам пропаганды и публичной демонстрации символики и атрибутики, подпадающей под правовой запрет.

Задачи: выявить правовые основания и границы запрета; определить охраняемые правовые блага и их значение для характеристики объекта уголовно-правовой охраны; проанализировать подход Конституционного Суда Россиской Федерации о балансе между публичными и частными интересами; оценить позиции Суда по вопросам действия закона во времени.

Методология. Основу исследования составили общенаучные и частнонаучные методы исследования: формально-юридический, сравнительно-правовой методы, метод правового моделирования, конкретно-социологический метод, а также логические методы исследования.

Результаты. На основе анализа определений Конституционного Суда Российской Федерации удалось установить, что механизмы негативной (ретроспективной) ответственности: административно-деликтной (статья 20.3 Кодекса об Административных правонарушениях Российской Федерации) и уголовно-правовой (статья 2824 Уголовного кодекса Российской Федерации с учетом признака неоднократности), предусматривающие ответственность за пропаганду и публичную демонстрацию символики и атрибутики, ‒ применяются государством в рамках реализации взятых на себя обязанностей по обеспечению основ конституционного строя, соблюдения прав и свобод человека и гражданина. Ключевым моментом является смещение Судом правового акцента с формального демонстрирования (пропаганды) символики и атрибутики на противодействие репрезентируемой ими деструктивной идеологии. Выявлена система правовых гарантий, определяющих соразмерность ограничений, соблюдения публичных и частных интересов.

Выводы. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации формируют конституционно-правовые ориентиры единообразного правоприменения в данной сфере.

Актуальность. В главе 22 Уголовного кодекса Российской Федерации признак причинения ущерба занимает положение одного из ключевых составообразующих критериев, и его значение продолжает возрастать как в действующих нормах, так и в новых законодательных инициативах. Вместе с тем вопрос о том, может ли уголовно-правовая охрана экономических отношений строиться на иных законодательных конструкциях, остается открытым. Сравнительно-правовое исследование зарубежного опыта приобретает в этом контексте особую ценность, позволяя критически оценить отечественную модель и выявить возможные направления её развития.

Цель – выявить функциональную роль признака причинения ущерба в экономических составах по законодательству ряда зарубежных стран и определить модели, представляющие интерес для российского уголовного права.

Задачи: проанализировать особенности использования признака причинения ущерба в уголовном законодательстве отдельных зарубежных государств; определить функциональное значение признака причинения ущерба; установить закономерности законодательного использования признака причинения ущерба, определяемые характером охраняемых экономических отношений и особенностями соответствующей правовой системы; оценить потенциал выявленных конструкций для совершенствования отечественного уголовного закона.

Методология. В исследовании применены методы: формально-юридический, сравнительно-правовой и системный; общенаучные методы анализа и синтеза.

Результаты. Выявлено отсутствие универсальной модели использования признака причинения ущерба в зарубежном уголовном законодательстве. Установлена зависимость роли признака причинения ущерба от характера охраняемого объекта: чем более выражен публично-экономический интерес, тем реже преступность деяния связывается с причинением конкретного имущественного ущерба.

Вывод. Проведенный анализ показывает, что признак причинения ущерба не является универсальным критерием криминализации экономических посягательств: зарубежное законодательство демонстрирует множественность моделей, в которых материальные составы замещаются формальными составами и конструкциями абстрактной опасности. Составы экономических преступлений дополняются оценочными признаками, включая отражение вреда публичным экономическим благам. Учет данного опыта может способствовать совершенствованию уголовно-правовой охраны экономических отношений в России и выработке более гибкой модели оценки последствий экономических преступлений.

Актуальность. Принятые странами БРИКС решения, направленные на развитие цифровой экономики, требуют укрепления цифрового суверенитета национальных государств и самого объединения, внедрения цифровых инструментов и расширения сотрудничества в данной сфере по различным направлениям взаимодействия.

Цель ‒ на основе анализа подходов национальных государств, входящих в БРИКС, к реализации моделей цифрового суверенитета определить возможности для кооперации стран-участниц объединения в данной сфере сотрудничества.

Задачи: раскрыть содержание национальных институциональных практик и совместных проектов стран БРИКС, сконцентрированных в своем целеполагании на достижении цифрового суверенитета, определить направления формирования блоковой модели цифрового суверенитета.

Методология. Работа опирается на системный подход с использованием институционального метода, методов формально-логического, сравнительного анализа, анализа статистических данных, позволяющих определить траекторию сближения стран БРИКС в сфере цифровизации. Важное значение имеет критический дискурс-анализ политических документов, прежде всего программных документов, принятых по итогам саммитов БРИКС.

Результаты исследования свидетельствуют о том, что понимание, согласованность и возможности реализации политики достижения цифрового суверенитета в каждой стране БРИКС различаются. Отчасти это связано с недолгим периодом «самостоятельности» цифровой повестки, в том числе в формате БРИКС. Тем не менее решения, принятые государствами-участниками БРИКС по вопросам развития цифровой экономики, характеризуются высоким уровнем исполнения на протяжении длительного периода. Следовательно, рекомендации по углублению повестки БРИКС в вопросах цифровизации носят стратегический характер.

Выводы. Блоковая модель достижения цифрового суверенитета предполагает сближение нормативно-правовой базы, информационной политики стран-участниц и разработку общих технологических решений. Уже существующие в рамках интеграционного объединения модели внедрения единой цифровой валюты БРИКС, деятельность Нового банка развития, инвестиционной платформы и ряда совместных цифровых инструментов гуманитарного сотрудничества могут послужить основой для достижения цифрового суверенитета БРИКС как сетевого блока.

Актуальность исследования определяется потребностью в осмыслении исторического опыта взаимодействия органов местного самоуправления и предпринимательского сообщества. Законодательные инициативы городских дум и трактирных депутаций в период действия акцизной системы наглядно демонстрируют механизмы согласования интересов власти и бизнеса. Анализ этих практик имеет существенное значение для понимания эволюции государственно‑частного взаимодействия в России.

Цель – оценить степень влияния законодательных инициатив городских дум и трактирных депутаций на развитие трактирного законодательства в России.

Задачи: выявить ключевые проблемы трактирного дела в акцизный период; раскрыть содержание инициатив трактирных депутатов и городских дум; оценить результативность предложенных изменений.

Методология. В работе применён комплекс взаимодополняющих методов, среди которых историко‑системный, историко‑генетический, историко‑хронологический методы, а также институциональный анализ. С их помощью законодательные инициативы владельцев трактирных заведений и органов местного самоуправления рассмотрены в контексте акцизной системы.

Результаты. Ключевыми проблемами трактирного дела в акцизный период были размытость нормативного определения «трактирного заведения», неравномерность налоговой нагрузки, возможность злоупотреблений при раскладке акцизов, ограниченные полномочия городских дум в контроле над трактирным промыслом. Ходатайства трактирщиков и городских дум отражали противостояние экономических интересов трактирщиков и фискальных целей власти. Эти противоречия привели к реформе 1893 года, заменившей трактирные депутации раскладочными присутствиями и упорядочившей регулирование отрасли.

Вывод. Полученные результаты подтверждают значимость изучения низовых законодательных инициатив как самостоятельного источника информации. Законодательные инициативы владельцев трактирных заведений и городских дум стали важным фактором эволюции правового регулирования трактирного дела.

Актуальность. Сохранение исторической памяти о событиях прошлого и объективное отражение отечественной истории остаются не только научными, но и важнейшими государственными задачами современной России. В условиях участившихся попыток фальсификации истории и девальвации ее героических страниц деятельность ученых-пассионариев, посвятивших жизнь поиску исторической правды, приобретает особую актуальность. В этом контексте фигура Александра Николаевича Манжосова занимает исключительное место в интеллектуальном пространстве Центрального Черноземья и всей страны.

К юбилею ученого, который воспринимается научным сообществом не просто как личная дата, а как значимая веха в развитии регионального исторического знания, возникает острая необходимость в системном осмыслении его научного наследия. А.Н. Манжосов широко известен не только как «летописец военной истории Курского края», но и как исследователь-новатор, сумевший гармонично объединить академическую строгость университетской науки с активной, подчас подвижнической гражданской позицией.

Цель ‒ определить научную значимость исследовательской деятельности А.Н. Манжосова по восстановлению и сохранению памяти о событиях региональной и военной истории.

Задачи: выявить основные направления научного поиска исследователя, отразить важнейшие достижения историка в реконструкции событий прошлого; оценить степень взаимного влияния общественной и исследовательской работы в творческой биографии юбиляра.

Методология. Методологической основой исследования стало следование принципам объективности и историзма. Поставленные задачи решались с привлечением историко-биографического, историкогенетического, историко-сравнительного методов.

Результаты. Проведенное исследование позволило систематизировать знания о вкладе в историческую науку одного из наиболее ярких, эмоциональных и трудоспособных региональных исследователей, благодаря активной творческой деятельности которого восстановлены неизвестные ранее факты военной истории региона и железнодорожного транспорта страны.

Вывод. Историографическое наследие А.Н. Манжосова направлено на объективное отражение исторических фактов, ориентировано на персонификацию прошедшей действительности, имеет не только важное теоретико-методологическое значение, но и носит существенный прикладной характер, всемерно внедряясь в систему патриотического воспитания граждан.

Актуальность исследования диктуется насущной потребностью в научном осмыслении организационных механизмов обеспечения боеспособности Красной армии в переломные периоды Великой Отечественной войны. В контексте современной геополитической обстановки и непрекращающихся попыток ревизионистской интерпретации военной истории объективная реконструкция деятельности тыловых структур Центрального фронта в период подготовки к Курской битве обретает особую научнотеоретическую значимость. Обобщение историко-управленческого опыта функционирования органов снабжения в условиях оперативной паузы 1943 года позволяет аргументированно обозначить авторскую позицию в дискуссии о факторах эффективности советской модели военного управления.

Цель ‒ обобщение исторического опыта организации продовольственного обеспечения войск Центрального фронта весной – летом 1943 года и определение степени результативности распорядительных функций, осуществлявшихся военным командованием и службой тыла.

Задачи: на основе верификации широкого пласта архивных данных воссоздать модель функционирования тыловых структур в условиях логистических трудностей, раскрыть генезис и масштабы проблем продовольственного обслуживания в общевойсковых и авиационных объединениях, систематизировать управленческие алгоритмы по мобилизации ресурсов прифронтовых регионов и укреплению исполнительской дисциплины.

Методология. Работа базируется на принципах научного историзма и объективности. Применение историко-генетического и системно-функционального методов позволило проследить динамику трансформации тыла как сложной адаптивной структуры, функционирующей в экстремальной среде.

Результаты. Опора на массив неопубликованных документов Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации позволила выявить противоречивую ситуацию в снабжении войск Центрального фронта весной 1943 года. Автор доказывает, что несоответствия между директивным планированием и транспортными возможностями обуславливали порчу продовольственных ресурсов и случаи ограничения полноценного питания личного состава. Констатирована значительная роль субъективного фактора в дезорганизации тылового функционала.

Выводы. К июлю 1943 года состояние системы продовольственного снабжения было стабилизировано посредством упрочения административно-командной вертикали, применения дисциплинарного инструментария к недобросовестным лицам и вовлечения потенциала региональной экономики. Опыт командования фронта подтвердил, что предельная централизация управления и гибкое маневрирование резервами являлись имманентными условиями обеспечения устойчивости действующей армии.

Актуальность. В настоящее время в России уделяется большое внимание проблеме трудовой занятости осужденных в различных производственных отраслях с целью их ресоциализации. В этой связи актуальным будет рассмотрение опыта участия российских мест заключения в сельскохозяйственном производстве при организации фермерских хозяйств в конце XIX – начале XX века.

Цель ‒ сформировать представление об особенностях организации различных видов сельскохозяйственных работ с участием осужденных, проводившихся в местах заключения Российской империи в конце XIX – начале XX века.

Задачи: показать опыт и динамику применения труда осужденных в сельском хозяйстве; выявить сферы сельскохозяйственного производства с участием осужденных; выявить направления области применения труда осужденных в сельскохозяйственном производстве путем анализа статистических данных и архивных материалов, сведений из ведомственного пенитенциарного журнала, а также материалов прессы исследуемого периода.

Методология. При проведении исследования автор опирался на принципы историзма, объективности и научности, на методы хронологический, историко-сравнительный и сопоставления исторических документов.

Результаты научного исследования позволили сделать объективные выводы об особенностях и динамике развития сельскохозяйственного производства с применением труда осужденных в России в конце XIX – начале XX века.

Выводы. В рассматриваемый период в местах заключения Российской империи высокими темпами стали развиваться различные отрасли производственной деятельности, в том числе и сельское хозяйство. Пенитенциарное ведомство совместно с губернскими властями предложили администрации мест заключения участие в проектах фермерских хозяйств. В ответ места заключения стали активно включаться в создание фермерских хозяйств в конце XIX века, но наивысший показатель в организации фермерских хозяйств был достигнут в первое десятилетие XX века, продолжая по инерции развиваться и в годы Первой мировой войны в форме производства продуктов питания для нужд армии.

Актуальность. Изучение процесса становления высших учебных заведений в СССР в 1960-е годы представляет существенную научную и практическую ценность. Этот период характеризуется масштабной индустриализацией страны, потребовавшей увеличения числа квалифицированных инженерных кадров. Анализ опыта создания и развития Курского политехнического института позволяет оценить роль межведомственного взаимодействия и промышленной поддержки в организации вузов в регионах, в частности в Курской области, а также понять специфику преодоления материально-технических трудностей при запуске учебного процесса.

Цель: выявить и охарактеризовать ключевые факторы, проблемы и механизмы становления материально-технической и инфраструктурной базы Курского политехнического института в первые годы деятельности.

Задачи: оценить материально-техническую базу и реконструировать процесс формирования первоначальной инфраструктуры КПИ, проанализировать систему внешних взаимодействий института для решения ресурсных проблем и выявить проблемы материально-технического обеспечения, препятствовавшие полноценному запуску учебного процесса.

Методология. В методологическую основу исследования легли фундаментальные принципы исторической науки: объективность, историзм, системность. В процессе решения исследовательских задач были использованы историко-системный, сравнительно-исторический метод, ретроспективный методы, статистический метод.

Результаты. Проведенное исследование на основе ранее не вводившихся в научный оборот архивных документов позволило оценить процесс формирования материально-технической базы Курского политехнического института. Была реконструирована хронология создания и начального развития КПИ с учётом нормативно-правовых актов и служебной документации, а также выявлены основные проблемы, с которыми столкнулся институт на этапе становления (нехватка помещений, оборудования, жилья для работников).

Выводы. Создание Курского политехнического института в 1964 году проходило в условиях острого дефицита материально-технической базы, помещений и жилья для сотрудников. Несмотря на системные проблемы снабжения и организационные сложности, благодаря межведомственному взаимодействию, поддержке промышленных предприятий и целенаправленному государственному финансированию институт сумел поэтапно развить инфраструктуру – от первых лабораторий до нового учебного корпуса.

Актуальность исследования архивных фондов по истории легкой промышленности Курской области 1965–1991 года обусловлена возможностью провести комплексный анализ одного из ключевых, но менее изученных по сравнению с тяжелой индустрией секторов советской экономики. Этот период, от начала Косыгинской реформы до распада СССР, был временем последней попытки модернизации советской экономической модели и нарастания кризисных явлений, что делает его особенно ценным для исследователей. Изучение архивов позволяет реконструировать механизмы принятия решений и систему управления целой отраслью. Архивы дают уникальную возможность оценить реальную эффективность плановой экономики и ее попытки адаптироваться к вызовам времени.

Цель ‒ исследовать документальный состав архивных фондов предприятий легкой промышленности Курской области, функционировавших в 1965–1991 годы.

Задачи: проанализировать научно-справочный аппарат Государственного архива Курской области, выявить фонды предприятий легкой промышленности и обобщить сведения по составу наиболее ценных с точки зрения истории предприятий документов.

Методология. Авторская методология основана на принципах историзма, научной объективности и системности, методах анализа, синтеза, обобщения.

Результаты. Проанализирован состав фондов предприятий легкой промышленности Курской области, функционировавших в 1965–1991 годы, выявил архивные документы, позволяющие оценить состояние, перспективы и проблемы региональной отрасли.

Вывод. В исследуемый период в Курской области функционировало достаточно большое количество предприятий легкой промышленности, производивших товары народного потребления. Это трикотажный комбинат, трикотажная фабрика, производственное объединение «Швея», шпагатно-веревочная и фабрика технических тканей. Также кожевенный завод, кожевенно-обувное объединение, кожгалантерейная фабрика в Курске и суконная фабрика в п. Глушково. Анализ архивных фондов этих предприятий – это не просто история отдельной отрасли, а ключ к пониманию системных процессов в экономике, социальной сфере и управлении. Многие из этих процессов сохраняют свою актуальность и для современной России.

Актуальность. Современное состояние демографии в России свидетельствует о депопуляции населения страны. Среди причин вымирания народа, наряду с естественными причинами смертности, преступностью и несчастными случаями, находится и предусмотренное на законодательном уровне право женщины самостоятельно решать вопрос о материнстве, главным образом через искусственное прерывание беременности, которое совершается по решению самой женщины, но нередко имеет в себе основание – склонение ее к избавлению от материнства путем влияния на репродуктивный выбор беременной со стороны ближайших родственников, социального окружения и работодателей.

Цель ‒ систематизировать позиции участников круглого стола по вопросам современного состояния нормативного регулирования репродуктивных прав граждан, а также изменения законодательства о здравоохранении в части ограничения возможности склонения женщин к искусственному прерыванию беременности.

Задачи: ознакомление с мнением участников обсуждения заявленной проблематики, отражение замечаний и предложений к проекту законодательной инициативы по ограничению склонения женщин к искусственному прерыванию беременности с учетом действующих нормативно-правовых актов.

Методология. Использованы общенаучные и специально-юридические методы, такие как описание, обобщение, системный анализ, сравнительно-правовой, функциональный, социологический и формальноюридический методы.

Результаты. Исследование имеет теоретическую и практическую значимость, отражает тенденции в изменении подходов законодателя к регулированию репродуктивных прав женщин через ограничение возможности их склонения к прерыванию беременности, позволяет предупредить нарушение прав беременных женщин как на стадиях обсуждения и принятия законопроекта, так и после.

Выводы. Введение законодательного ограничения возможности склонения женщин к отказу от деторождения через прерывание беременности объясняется запросом самих беременных, которых склоняют к негативному репродуктивному выбору помимо их желания в период эмоциональной нестабильности, и преследует цель защиты их прав, обеспечения демографической безопасности и достижения показателей национальных целей развития посредством увеличения народонаселения России.